Cliodynamics
Клиодинамика





Locations of visitors to this page

web stats

Скачать статьи

Форум


Причины Революции

Навигация
Главная
Клиодинамика
Статьи
Методология и методы
Конференции
СМИ о клиодинамике
Библиотека
- - - - - - - - - - - - - - -
Причины Русской Революции
База данных
- - - - - - - - - - - - - - -
Ссылки
Помощь
Пользователи
ЖЖ-Клиодинамика
- - - - - - - - - - - - - - -
English
Spanish
Arabic
RSS
Файлы
Форум

 
Главная arrow Статьи arrow Западные экономики заболели «японской болезнью»?
Западные экономики заболели «японской болезнью»? Версия в формате PDF 
Написал Елена Еманова   
10.02.2014

В последнее время среди многочисленных беспокойств в отношении евро-пейской и отчасти американской экономик все чаще стала упоминаться опасность дефляции, о которой, казалось бы, давно забыли.

 

Если в XIX веке и первой половине ХХ века дефляция периодически «давила» экономики, пожирая прибыль предпринимателей, то после второй мировой войны и особенно с 1960-х годов главным врагом стала инфляция. Она не отступила даже в 1970-е годы, когда начался серьезный спад в западных экономиках в связи с ростом цен на нефть. Обычно в период экономического спада цены падали или хотя бы не росли, но на этот раз цены росли вместе со спадом, что породило новый угрожающий термин «стагфляция». Словом, о дефляции забыли как о чем-то далеком, как об историческом архаизме. Появились теории вековой инфляции, органически присущей современной экономике с бумажными (не привязанными к золоту) деньгами и центральными банками, которые создают кредиты по собственному желанию.

 

 

Борьба с инфляцией потребовала титанических усилий в 1980-е годы. Затем 1990-е годы явили миру гиперинфляцию в бывших социалистических и ряде развивающихся стран. На этом фоне странным и труднообъяснимым случаем выделялась Япония, которая после кризиса в начале 1990-х (вызванного взрывом пузыря недвижимости) стала страдать от дефляции (1994 год стал в этом смысле переломным). Это был первый случай после Второй мировой войны, когда развитая экономика страдала от потребительской дефляции. Если в какой-то год удавалось достичь ценой колоссальной кредитной накачки небольшой инфляции, это считалось достижением. В последние годы премьер-министр Японии Абэ поставил цель достичь целевого показателя по инфляции в 2%. Для обществ, страдающих от инфляции, это выглядит смешным, но меры, которые предпринимают для этого японский ЦБ и правительство, по своим масштабам потрясают. Самое поразительное, что, несмот-ря на многочисленные программы стимуляции экономики, несмотря на то, что на это и для спасения банков были истрачены астрономические суммы, а внутренний долг страны едва ли не самый высокий среди развитых стран, экономический рост в Японии уже два десятилетия весьма слабый. Нередко он чередуется со спадом производства. В период с 2003 по 2007 год общий подъем дал некоторый импульс скромному росту, но затем кризис буквально обвалил японский экспорт и про-мышленность. Таким образом, в Японии наблюдается «стагфляция наоборот». Причины этой затяжной «японской болезни» в целом экономической науке устано-вить не удалось . Пол Кругман еще в 1998 году использовал для подобной ситуа-ции идущий еще от Дж. М. Кейнса термин «ловушка ликвидности», то есть это ситуация, когда денежные инструменты, включая кредитные ставки и эмиссию денег не работают, не стимулируют спрос. Сейчас он считает (не без основания), что в такую ловушку попали и другие западные экономики. Но это не так много объяс-няет. Механизм работы такой «ловушки» не ясен, рекомендации Кругмана, кото-рые у комментаторов получили название «надувание пузырей» , кажутся опасны-ми . Пузыри имеют тенденцию лопаться, и этот взрыв стоит очень дорого. В целом ситуация выглядит весьма загадочно. Кредитные ставки снижены до предела (до нуля), всякого рода операции на открытом рынке ЦБ проводятся по-стоянно (скупаются бумаги государственного долга, чтобы добавить ликвидность в банки), государство тратит гораздо больше, чем получает от налогов, так что долг растет. Проводятся другие стимулирующие акции (в частности налоги то повыша-ют, то снижают, раздают деньги напрямую, меняют банковские правила и т.п.). А долгожданной инфляции все нет. Прямо-таки как у женщины с нарушением обме-на веществ, которая хочет пополнеть и для этого она заставляет себя много есть, но, не в коня – корм, вместо фигуры только кожа да кости. Но при этом другие по-казатели в Японии весьма хорошие: уровень жизни высокий, продолжительность жизнь тоже, научно-технический прогресс налицо. Такой парадокс – денег в экономике все больше, а инфляции нет, – можно было бы списать на «загадочную японскую душу», как иногда и делают. Мол, на-селение в Японии стареет, люди по привычке копят и не хотят тратить (действи-тельно, накопления у японцев немаленькие), да и вообще в отличие от европейцев и американцев не так склонны к консьюмеризму. В этом (особенно в проблеме старения населения) есть доля истины, однако дело далеко не только в этом. И это ясно из того, что симптомы этой «японской болезни» стали явственно проглядываться в Европе, а какой-то мере и в США. Следовательно, причины кроются в общих чертах развитых экономик и мировой экономики в целом. В самом деле, денег в западные экономики за последние годы вкачено неве-роятное количество. Процентные ставки снижены практически до нулевого япон-ского уровня . Но снижение ставок не принесло ожидаемого эффекта, рост слабый, а в ряде стран Европы и вовсе отрицательный. При этом население не склонно увеличивать ни потребление, ни свою кредитную нагрузку, а предприниматели, несмотря на дешевые кредиты, не активизировали инвестиции. США, помимо снижения ставок, также постоянно проводят так называемые количественные смягчения, то есть скупают облигации государственного займа и плохие активы ежегодно на суммы во многие сотни миллиардов долларов (а в целом триллионы). Однако даже в США КПД эмиссий и смягчений невелик. Европа также говорит о возможности количественных смягчений (ей рекомендует это с разных трибун, одновременно предупреждая США, что сворачивание смягчения может быть преждевременным) . Будет ли эффект в смысле роста, трудно сказать. Но еще более странным выглядит, что, несмотря на то, что в течение послед-них лет в экономики было вброшено много триллионов долларов, евро, фунтов и иен, инфляция в западных экономиках низкая. И это притом, что большая часть вкаченных денег было создано, что называется «из воздуха», с помощью политики ЦБ. США так и не достигли показателя в 2 % (который, как предполагалось, будет индикатором того, что количественное смягчение надо прекращать). В Европе инфляция и того ниже, и даже угрожает перейти в дефляцию. Средний темп инфляции в странах ОЭСР составляет 1,5 % (в 2012 г. он был 2,2 %), что ниже официального целевого уровня – около 2%. Снижение – наибольший риск для еврозоны: годовая ин-фляция потребительских цен в октябре была 0,7 % (резкое падение по сравнению с прошлогодним по-казателем в 2,5 %). Отчасти это объясняется тем, что цены на сырье снижаются, но даже если не учи-тывать волатильность цен на продукты питания и энергоносители, инфляция в еврозоне составит 0,8 %, а это самый низкий показатель с момента введения единой европейской валюты. В США инфляция в сентябре была 1,2 % (в июле – 2,2 %), при этом базовый темп, который определяет ФРС, также упрямо держится на уровне 1,2 %. Появились слухи, что ФРС хочет еще больше освободить свою кредитно-денежную политику. Между тем ситуация немного улучшилась в Японии, которая после 15 лет смогла остановить снижение цен, правда пока на уровне 0 %. Единственная большая мировая экономика, где цены быстрее всего растут, – это Великобритания (инфляция – 2,7 %) . Все это странно, причем странно не только на первый взгляд. Очевидно, что-то существенно изменилось в западной и мировой экономике. Что именно эконо-мисты установить не могут. Куда деваются деньги? Почему эмиссия не разгоняет инфляцию? Разобраться в этом крайне сложно. Тем не менее, мы попробуем вы-сказать наши предположения о причинах такой ситуации «пропажи инфляции». Прежде всего, экономические законы продолжают работать, однако есть оп-ределенные изменения в том, как они работают. Изменения эти связаны в частно-сти с развитием экономической и финансовой глобализации, а также с так назы-ваемой финансовой революцией, сделавшей перемещение международных капита-лов гораздо быстрее и свободнее. В любом случае, «отсутствие» привычной ин-фляции при эмиссии денег означает, что либо без этой эмиссии усилились бы де-фляционные процессы, либо инфляция принимает трансформированный вид (в от-дельных секторах или экспортируется, либо ведет к искажению пропорций в пари-тетах и т.п.). Оба варианта мы рассмотрим ниже. Инфляция на разных уровнях и аспектах. Надо учитывать, что инфляция – это экономическая величина, которая рассчитывается по определенной методике. Но рост цен наблюдается далеко не только в потребительской корзине (тем более, такой, которую рассчитают в США: без продуктов питания и топлива). С этой точ-ки зрения, можно предполагать и подгонку статистики под политические нужды. В отношении США (особенно в период до кризиса) это более чем вероятно. Допустим, в США лукавые цифры. Но зачем Японии подгонять цифры под дефляцию? Напротив, им бы стоило показать, что инфляция растет, раз они так ждут ее. То же самое и в Европе. Следовательно, дело не только в самой методике подсчета. Учитывая, что в развивающихся странах инфляция по-прежнему остается важнейшей угрозой, можно предположить, что в современном мире с учетом осо-бенностей методики подсчетов уровень потребительской инфляции может сущест-венно зависеть от структуры потребления населения. Чем больше в ней продуктов питания и товаров первой необходимости, тем заметнее проявляется потребитель-ская инфляция. Далее, видимо, надо говорить о нескольких типах или уровнях инфляции, по-скольку потребительские цены – это нижний уровень, а инфляция активов – второй уровень. Отметим, кстати, что уже перед Великой депрессией уровень потреби-тельских цен не увеличивался, а вот уровень активов (акций) рос быстро. В США ВВП вырос в 2013 году на 1,8 %, инфляция была еще меньше, а вот рынок акций поднялся на 35 %. Таким образом, если количество денег в обороте увеличивается больше, чем требует экономический рост, а инфляции нет, то, следовательно, деньги уходят в сектора, в которых инфляция не измеряется (как инфляция). Однако в них проис-ходит рост стоимости активов либо поддерживаются или растут цены либо наду-ваются пузыри и т.п. Это могут быть фондовые рынки (акции и ценные бумаги), рынки сырья, недвижимости и др. При этом стоимость активов все заметнее стано-вится самостоятельным элементом, меньше связанным с реальной ситуацией пред-приятий. Мировая и страновая инфляция. В связи с ростом финансовой и экономи-ческой глобализации, ростом финансового сектора в целом и финансовых услуг как части ВВП (а также отсутствием препятствий для быстрого перемещения капи-тала), возникает ситуация, при которой эмиссия денег в одних местах (центрах) может вызывать инфляцию не непосредственно в этих местах, а в других странах. Эмиссии при этом оказывают на экономики мира воздействие в чем-то схожее с ростом добычи золота. Так быстрый рост добычи золота в 1850–1850-х годах в Ка-лифорнии и Австралии вызвал рост цен во многих странах мира. Однако в отличие от прошлого, когда цены росли едва ли не быстрее всего именно в местах добычи золота, сегодня благодаря тому, что денежные потоки могут за секунды перемес-титься за многие тысячи километров, в центрах эмиссии потребительская инфля-ция может не ощущаться (как не ощущается движение воздуха в эпицентре тайфу-на). Дополнительно к тому, что сказано, надо учитывать и мировое разделение труда. С одной стороны, западные страны производят и поставляют капиталы и мировую валюту для всех экономик мира (но если часть этого производства осу-ществляется «из воздуха», то возникает особый эффект экспорта инфляции), с дру-гой – развивающиеся страны производят дешевые потребительские товары, кото-рые все возрастающим потоком идут в развитые страны. Получается, что возрос-шие объемы денег из стран центра в конечном счете уходят в другие страны, воз-действуя на инфляцию там. Это можно назвать экспортируемой инфляцией. В то же время западные страны получают дешевый импорт, что влияет на низкую ин-фляцию в них . Отметим, правда, что экспорт инфляции это не всегда плохо. На-против, в современной ситуации это может существенно стимулировать рост эко-номики (умеренная инфляция со времен Кейнса рассматривается как смазка для экономического роста). Однако зависимость от капризов и колебаний этих эконо-мических потоков делает развивающиеся рынки весьма уязвимыми, когда любое внешнее изменение может вызвать ухудшение. Как уже сказано, основной приток эмиссии в итоге идет не на рост потреби-тельских расходов, а во вложения в активы и цены на сырье, что поддерживает их высокий рост (хотя экономическое положение часто не соответствует такому рос-ту) . Важно понимать, что эти капиталы поддерживают высокие цены на нефть, сырьевые товары и прочее в мировом масштабе, хотя фактически эти уровни должны были бы обвалиться. Таким образом, эмиссия расползается по всему миру, не проявляясь столь сильно, но накладывая инфляционный налог на все экономи-ки, подпитывая сырьевые экономики высокими ценами. Итак, инфляция в связи с указанными факторами несколько меняет свои характеристики и проявления, она становится более глобальной. Она становится частью мировой системы разделе-ния труда, а при разделении труда выгоды и проблемы распределяются не равно-мерно между частями и странами, в зависимости от особенностей системы. Со-ответственно при наличии средней мировой инфляции в одних местах может быть дефляция, а в других высокая инфляция (то есть помимо собственных серьезных причин будут влиять и глобальные) . Глобальные перетоки капитала, например, сильно влияют на стоимость валют, вызывая девальвацию и ревальвацию их вне связи с внутренними факторами и внешнеторговым балансом, а такие колебания сами по себе влияют на инфляционные процессы. Страны со слабыми валютами оказываются ретрансляторами инфляции у себя, поскольку этому способствует особенность мировой валютной системы. Вынужденные накапливать валютные ре-зервы, они под них эмитируют национальные валюты, что разгоняет домашнюю инфляцию (на это указывал в частности Ротбард). Почему деньги уходят из западных стран? Это очевидно. Поскольку уро-вень доходности низок, капиталы ищут боле выгодного приложения. В результате эмитированные деньги не столько вкладываются в собственную экономику, сколь-ко в национальные и мировые активы, а также становятся источником экспорта ка-питала и оплодотворяют рост в развивающихся странах. Именно с 1990 года, когда японская экономика начала бороться с инфляцией, Япония стала крупнейшим в мире экспортером капитала и крупнейшим заемщиком. Восточная Азия поднялась на японских (а также американских и европейских) капиталах, которым было тесно дома. Вполне очевидно, что, помимо собственных прибылей корпораций, именно дешевые кредиты японского ЦБ и его эмиссия обеспечили столь мощный исход японского капитала (см., например, Боннер, Уиггин 2005: 105). В целом за 1990-е годы было запущено 10 программ стимулирования экономики на общую сумму 100 трлн иен или почти 900 млрд дол. (Пауэлл 2003: 111; Херберер 2003: 145) . То же можно говорить и о других западных экономиках. Вообще рост финансового сектора не случаен. В отсутствии золотого якоря необходимость спасать деньги от обесценивания и увеличивать их (давать диви-денды) требует огромного количества специалистов. Новые технологии быстрого перевода и многократного страхования денег препятствуют дефляции активов и некоторому выравниванию инфляции в мире, хотя поскольку более мощный поток идет из развитых стран в развивающиеся это уводит инфляцию из первых во вто-рые. Мировые дефляционные тенденции и механизмы. Слабая инфляция в за-падных странах может быть объяснена также дополнительно тем, что в мире дей-ствуют довольно мощные дефляционные процессы и механизмы. Соответственно, они погашают инфляционные импульсы, вызванные огромной эмиссией. Если бы последней не было, то возможно, в западных экономиках вполне зримо проявилась бы дефляция. Мировые финансовые организации чувствуют это и заклинают про-должать эмиссии. Во-первых, не будем забывать, что сейчас идет понижательная фаза пятой кондратьевской волны. А на понижательных фазах усиливаются дефляционные и депрессивные тенденции. При этом не исключено, что если в мире эта понижа-тельная фаза началась с 2008 года, то в США и других западных странах – с начала 2000-х. А дефляционные факторы в период рецессий и депрессий никто не отменял (они могут быть только смягчены). В предшествующий период дополнительная эмиссия доллара и дефицит платежного баланса играли роль калифорнийского золота или войн, подгоняя инфляцию в ряде мест и секторов, надувая пузыри. Во-вторых, инфляция многолика. В частности различают инфляцию издер-жек и спроса. Инфляция издержек может проявляться жестче, особенно в случае отсутствия конкуренции. Стагфляция 1970-х как раз была связана с инфляцией из-держек, а не инфляцией спроса. Альтернативы нефти просто не было . Однако глобализация как раз подорвала некоторые возможности инфляции издержек даже в отношении сектора услуг, т.к. благодаря быстрым видам связи и коммуникаций, наиболее дорогие услуги могут быть переданы в аутсорсинг. Инфляция спроса за-висит главным образом от роста спроса. Однако в развитых странах такого роста нет. В-третьих, надо считать не только эмиссию денег, но и процессы, которые ее нивелируют, среди них следующие: А) факт, что в период кризиса много капиталов сгорело или было заморожено (мусорные активы). Если бы им на смену не было выпущено много новых денег, многие цены упали бы, а пузыри, которые еще ос-таются, окончательно сдулись. То есть была бы реальная дефляция, которая оздо-ровила бы мировую экономику, но очень-очень больно ударила по многим (вклю-чая и экспортеров сырья) . Б) Необходимость поддерживать мировую торговлю. Если в 19 веке роль мировых денег играло золото, то теперь эту роль играет доллар и отчасти другие валюты. И, следовательно, какой объем денег должен ежегодно дополнительно выбрасываться в мировую экономику. Напомним, что мировая тор-говля росла последние десятилетия опережающими темпами по сравнению с рос-том мировой экономики в целом, а значит, что и мировых денег требовалось зна-чительное количество. То, что США, Япония и другие страны получали дополни-тельные бонусы от этого, равносильно тому, как США и Австралия в 19 веке полу-чали дополнительные бонусы от роста добычи золота. Рост мировой экономики даже на 2 % в год означает рост потребности в долларах, в сотнях миллиардов дол-ларов, которые как раз и вбрасываются за счет эмиссии. В) Тезаврация в мировом масштабе принимает вид накопления валютных резервов, что приняло огромный масштаб и способствует абсорбции лишних денег. В последние десять лет в ряде стран гигантски выросли золотовалютные запасы. Это в существенной мере объяс-няет то, что в странах-эмитентах инфляция низкая, а в других странах – более вы-сокая (как уже сказано, накапливая валютные запасы, они эмитируют под них соб-ственные валюты). Кроме того, часть запасов и различных национальных фондов эти страны держат в виде государственных облигаций США и других стран. Тезав-рация выражается в накоплении частными лицами (ежегодно на это уходит допол-нительно до ста миллиардов долларов США в купюрах). Г) Третья причина – кон-куренция за экспорт товаров и услуг в развитые страны (например, туризм может дешеветь за счет новых рынков с дешевыми услугами и недооценённой валютой). Д) Деньги замедляют свой оборот, таким образом, количество денег компенсирует уменьшение скорости их оборота (по формуле И. Фишера). Это наблюдается сей-час и в США, и в мировом экспорте (особенно экспорте финансовых услуг ). С учетом же нынешнего замедления мировой торговли (и мировых финансовых ус-луг) и, соответственно, уменьшения скорости оборачиваемости денег, вброс лиш-них капиталов в мировые финансы не оказывает соответствующего воздействия на инфляцию, и даже не может полностью удержать цены от понижения . Собственные дефляционные и депрессивные факторы в западном мире Слабый экономический рост, при прочих равных условиях, во многом объяс-няется тем, что исчерпались основные резервы роста в соответствующих обще-ствах. Очевидным резервом, который оказался во многом исчерпанным в Японии в 1990-х годах, был демографический, в 1990-е годы начался процесс сокращения экономически активного населения (см. Вимон 2002) , который продолжается и до сегодняшнего дня, только теперь к нему добавилась естественная убыль населения в целом. В Европе также была проблема с количеством молодежи и рабочей силы, старением населения (см. Вимон 2002). Но в отличие от Европы, которая активно пополняла рабочую силу иммигрантами, в том числе за счет новых членов ЕС, Япония хотела оставаться гомогенным обществом. Она осталась им, но зато дефи-цит рабочей силы сказался здесь существенно раньше, чем в Европе. Это одна из причин, почему указанная болезнь началась именно в Японии. В США также начи-нают ощущаться признаки недостатка рабочей силы (по крайней мере, в 2013 году был наименьший с 1970-х годов процент трудоспособного населения). Но в США демографические показатели были несколько лучше и приток иммигрантов (в ос-новном молодых людей) был выше. Тем не менее, средний возраст белого населе-ния весьма высок – 42 года. Вторая причина «японской болезни» очень высокий уровень жизни, который слабо адаптируется к снижению темпов экономического роста. В Европе, напри-мер, количество рабочих часов на одного работающего существенно ниже, чем в США и Японии. Стремление к высокому уровню жизни, очевидно, препятствует росту инвестиций и накоплению. В США социальные гарантии меньше, чем в Ев-ропе, что положительно влияет на динамизм экономики, но и там они растут. В це-лом, старение населения вкупе с социальными гарантиями электорату делают про-блему дефицита бюджета и государственного долга в условиях низких темпов рос-та трудноразрешимой. И это еще одна причина того, что «японская болезнь» может прогрессировать в Европе. Третья причина: эти страны во многом превращаются в рантье за счет того, что в мировой системе осуществляют вывоз капитала и получают дивиденды, а также за счет сильных финансовых центров и финансового сектора. Все это напо-минает ситуацию в Англии в конце 19 – начале 20 века когда экспорт капитала и накопления позволяли жить очень большому числу людей, для которых дефляция была благом. А США живут как рантье во многом за счет особого положения дол-лара в мировой валютной системе. Большие доходы от зарубежных активов мень-ше способствуют экономической активности внутри страны и росту ВВП. В-четвертых. Главный резерв экономического роста в Европе, США и Япо-нии – технологический рост. Но в условиях активного вывоза капитала и все еще имеющего место вывоза промышленности (хотя имеются данные и об обратном движении), этот фактор действует ограниченно, по крайней мере, пока нет про-рывных технологий нового поколения. С учетом недостаточных инвестиций нет и роста спроса. В Европе это связано, в первую очередь с трудной экономической ситуацией и бюджетными сокращениями, но также как и в Японии со старением населения, менее склонного к новинкам, более озабоченного наличием денег на черный день. Признаки японской болезни проявляются. В США также налицо уве-личение склонности или необходимости к погашению долгов либо уменьшению кредитования. В США дополнительно в качестве антиинфляционных факторов действуют понижение стоимости энергоносителей, рост налогов и страховых вы-плат, уменьшение дефицита бюджета и торгового баланса. Маленькие проценты по вкладам также способствуют низкой инфляции (а также и вывозу капиталов). Дос-таточно важным (и не только в США, но и в Европе) являются низкие ставки по кредитам, что уменьшает инфляцию издержек (в России, Китае, напротив, высо-кие ставки по кредитам увеличивают издержки и инфляцию). Заключение. В целом, есть основания считать, что страны Европы заболе-вают «японской болезнью», а также что эта болезнь может прогрессировать либо носить хронический характер. В США, хотя и в меньшей степени, также имеются признаки этой болезни. В результате финансовые вливания могут стать, как и в Японии, постоянными. В условиях относительно низкого спроса в мире не стоит ждать быстрой ин-фляции, обесценивания доллара и других вещей. Напротив, эмиссию будут требо-вать все. Однако полностью бесследно такая эмиссия не пройдет. Главная беда – ослабевает мотор роста, экономики уже не могут расти без эмиссии и подкачки. Хуже того, они не могут расти даже и с подкачкой, в лучшем случае, едва плетутся или не падают. Отсюда реальные силы бизнеса уходят в финансовые и прочие тех-нологии, что ослабляет инвестиции в реальные технологии. В то же время накоп-ление денег при более быстром обороте денег или ослаблении дефляционных про-цессов может сыграть роль детонатора, тогда где-то что-то лопнет. Перевод де-нежных потоков в другое русло (за счет фактического погашения долгов с помо-щью эмиссии и выкупа плохих активов) существенно искажает пропорции и созда-ет большой навес в виде переоценённых биржевых активов, которые, скорее всего, и лопнут. Разумеется, предсказать когда, где и как – крайне сложно. Следу-ет учитывать важный момент: в акции и другие бумаги вкладывают множество со-циальных фондов и владельцев капиталов, что сделает обвал тяжелым для всех. Вероятно, цикл перенакопления денег в мировой системе еще не закончился, еще потребуется несколько лет, чтобы где-то нарыв прорвался. Опасность может увеличиваться, если в процесс количественного смягчения начнут втягиваться все новые страны (в т.ч. ЕЦБ), а также, если не удастся выйти из этого процесса США и Японии, как они планируют. Есть риск, что процесс станет уже неуправляе-мым и может привести к обвалу. Однако, возможно, что в 2010-е годы дефляционные факторы сохраняться или даже усилятся. Как пишет Пол Кругман (2010), пора начинать фокусироваться на устойчивости к снижению и на том, что она означает. В конце концов, всё ука-зывает на то, что мы будем иметь дело с подавленной экономикой в течение долго-го времени . Чтобы выйти из состояния подавленности потребуются большие уси-лия и реформы. Насколько западные страны готовы к таким жертвам, покажет время. Наконец, особенно в США, где слабее развита социальная система, получе-ние дополнительных доходов от эмиссии означает рост или поддержание доходов достаточно узкого слоя людей, что ведет к увеличению расслоения в развитых странах . Это может усилить риск социального недовольства. 


| Просмотров: 4121

Ваш комментарий будет первым
RSS комментарии

Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии.
Пожалуйста зарегистрируйтесь или войдите в ваш аккаунт.

Последнее обновление ( 09.10.2014 )
 
< Пред.   След. >
© 2017