Cliodynamics
Клиодинамика





Locations of visitors to this page

web stats

Скачать статьи

Форум


Причины Революции

Навигация
Главная
Клиодинамика
Статьи
Методология и методы
Конференции
СМИ о клиодинамике
Библиотека
- - - - - - - - - - - - - - -
Причины Русской Революции
База данных
- - - - - - - - - - - - - - -
Ссылки
Помощь
Пользователи
ЖЖ-Клиодинамика
- - - - - - - - - - - - - - -
English
Spanish
Arabic
RSS
Файлы
Форум

 
Главная
КОНФЕРЕНЦИЯ по клиодинамике Версия в формате PDF 
Написал Ераньков Василий Георгиевич   
03.08.2008

 

Научная конференция «КЛИОДИНАМИКА: ФИЛОСОФСКОЕ ОСМЫСЛЕНИЕ И МАТЕМАТИЧЕСКОЕ МОДЕЛИРОВАНИЕ МАКРОИСТОРИЧЕСКИХ ПРОЦЕССОВ» состоялась в Горном Алтае (с.Эликманар Чемальского р-на) 30 июня-6 июля 2008 г.

Клиодинамика – новая междисциплинарная область исследований, объединяющая подходы исторической макросоциологии, теоретической истории, математического моделирования долговременных социальных процессов, построения и использования исторических баз данных, исследований социальной эволюции, исторической демографии и др.

Небольшая по количеству участников конференция была достаточно представительной (участники прибыли из Москвы, Санкт-Петербурга, Обнинска, Новосибирска, Красноярска, Барнаула, Бийска, Новокузнецка). Весьма значимым было участие прибывшего из США неформального лидера данного научного направления профессора Коннектикутского ун-та П.В.Турчина.

Программа конференции включала пленарные заседания, тематически сгруппированные доклады, вечерние лекции и учебные занятия по методам математического моделирования исторических процессов (для гуманитариев), которые вел к. физ.-мат. н. А.С.Малков (Институт математики им. ак. Келдыша, Москва).

 

 

Пленарные заседания открыл проф. П. В. Турчин (Университет штата Коннектикут, США). В докладе «Проблема законов истории» он рас­смотрел вопрос о становлении новой исторической науки – клиодина­мики. Клиодинамика занимается поиском объединяющих теорий и про­веркой их на основе разнообразных массивов данных – исторических, ар­хеологических и прочих (например, нумизматических). По многим клю­чевым переменным нет прямых данных, позволяющих количественно описать их динамику. В таких случаях, предложил П. В. Турчин, следует воспользоваться методом «косвенных индии­каторов». Например, количе­ство монетных кладов за десятилетие – вполне точный индикатор степени внутренней нестабильности в обществе. Как один из примеров общих за­кономерностей в истории были рассмотрены вековые циклы взаимосвя­занных колебаний демографического роста и социополитической неста­бильности (подробнее см., например: Турчин 2007).
Второй доклад П. В. Турчина «Среднесрочные прогнозы струк­турно-демографической теории для современных государств, на при­мере США» продолжил тему, поднятую в первом докладе. В последних работах С. Н. Нефедова, А. В. Коротаева и П. В. Турчина было показано, что аграрные государства подвержены долгосрочным колебаниям – веко­вым циклам – затрагивающим демографические, экономические, соци­альные и политические аспекты обществ (см., например: Нефедов 1999, 2000, 2001, 2002а, 2002б, 2003, 2005, 2007; Коротаев 2006а; Коротаев, Комарова, Халтурина 2007; Нефедов, Турчин 2007; Турчин 2007; Komlos, Nefedov 2002; Korotayev, Khaltourina 2006; Korotayev, Malkov, Khaltourina 2006; Nefedov 2004; Turchin 2003, 2005a, 2005b; Turchin, Korotayev 2006; Turchin, Nefedov 2009). Был поставлен вопрос, приложима ли эта законо­мерность к индустриализующимся и индустриализованным обществам? Чтобы ответить на этот вопрос П.В. Турчин собрал и проанализировал большой эмпирический материал по истории США с 1780 г. до сегодняш­него дня. Предварительные результаты показывают, что многие из зако­номерностей, наблюдаемых в аграрных обществах, продолжают оста­ваться в силе (но не все – например, современные «развитые» общества выбрались из «мальтузианской ловушки»). Так, излишнее предложение труда в США XIX в. в результате мощной иммиграции вызвало снижение уровня жизни для большинства американцев. За ухудшением экономиче­ских условий последовала волна нестабильности (не случайно Граждан­ская война между Южными и Северными штатами произошла именно в этот период).
Н. С. Розов (Институт философии и права СО РАН, Философский фа­культет НГУ, Новосибирск) в пленарном докладе «Циклы российской истории в контексте геополитических моделей» представил промежу­точные результаты исследования сложной циклической динамики соци­ально-политической истории России за последние 450 лет. В докладе по­казано, что во многом процессы определялись механизмами внешней гео­политической динамики, в которую всегда было вовлечено российское го­сударство. Модель циклов включает пять основных тактов: «Успешная мобилизация», «Стагнация», «Кризис» (внутренние мятежи, смута и/или внешнее вторжение), «Либерализация», «Авторитарный откат». Такты да­леко не всегда образуют «правильный цикл», имеются возвратные ходы, бифуркации, фальстарты, минитакты в рамках большого такта и т.д. Эта сложность объясняется через привлечение контекста нескольких относи­тельно автономных динамик:  
 
·       экосоциальная динамика (продовольствие, демография, расселение, уро­вень заработной платы и т.д.),
·       геоэкономическая динамика (структура экспорта и импорта, циклы раз­вития мировых рынков, воздействие на внутреннюю экономиче­скую и социальную политику),
·       культурная и геокультурная динамика (производство, распростране­ние, восприятие и применение социальных и политических идей),
·       а также геополитическая динамика, которой было посвящено основное изложение.  
 
Геополитическая динамика рассматривалась через призму четырех моде­лей: 1) циклы мировой гегемонии по Дж. Модельски, образованные че­тырьмя фазами в пространстве «спрос на порядок /предложение порядка», 2) теория геополитической динамики Р. Коллинза, 3) концепция военной революции (М. Робертс, Дж. Паркер и др.), эксплицированная как взаимосвязь факторов и 4) модель трех «циклов похищения Европы» В. Цимбурского. Проведенный синтез этих мо­делей позволил выявить механизмы и закономерности, связывающие со­стояние и тренд развития геополитической ойкумены, место в ней России и особенности протекания циклов ее внутренней социально-политической динамики.
 
М. В. Ильин (МГИМО, Центр перспективных методологий социальных исследований ИНИОН РАН, Москва) в докладе «Эволюционно-истори­ческая схема отдельных этапов и фаз государственного строитель­ства» показал связь между процессами государственного строительства в отдельных странах и развития международных систем. Основные тезисы доклада заключались в том, что государства возникают не в одиночку, а целыми семьями, что в результате семейного сходства образующих меж­дународные политий разной природы и системных характеристик все они обретают общие качества современных государств. В докладе предложено различать два аспекта современной государственности – это «статус­ность как принадлежность к сообществу государств-состояний» (state­hood), а также «состоятельность как соответствие своей собственной природе государства-состояния» (stateness). Важнейшей системной харак–теристикой государств является то, что они образуют референтную сетку мировой политики. В докладе прослежены основные фазы формирования этой сетки от первых локальных систем «итальянского концерта» второй половины XV в., конфессионализма второй половины XVI в. и контр-фаз от итальянских войн конца XV – первой половины XVI вв. и Тридцати­летней войны до нынешних времен. При этом показано, как каждое оче­редное поколение международных систем связано с изменением их со­става, с появлением новых форм государственной организации.
Т. А. Семилет (Алтайский государственный университет, Барнаул) в своем докладе «Волны глобализации» представила анализ роли духов­ного фактора в глобализационных процессах. Было выделено шесть мак­роволн. Три первые глобализационные волны, по мнению автора, порож­дены религией, которая создает культурно-исторические миры, меняет географию Земли, вертикальную и горизонтальную стратификацию соци­ально-культурного пространства. Первая духовная волна (Осевое время) сформировала Восток как культурную целостность, вторая – христиани­зация мира – привела к возникновению культуры Запада. Третья волна связана с рождением и распространением арабо-исламской цивилизации. Последующие глобализационные волны проходят под духовной эгидой мифа о прогрессе (научно-техническая модернизация) и псевдорелигиоз­ной доктрины марксизма и коммунистической идеологии. Мировоззрение современного планетарного «мира без границ», как отмечалось в докладе, – это осколочно-калейдоскопический неомифизм СМИ.
С. В. Цирель (Институт горной геомеханики и маркшейдерского дела, Санкт-Петербург) в докладе «Два паттерна изменений скорости эволю­ционных процессов» рассмотрел принципиальные вопросы динамики макроэволюции. Согласно оценкам роста населения Земли и шире всей социальной эволюции от появления вида Homo Sapiens, а еще шире (см., например: Панов 2005, 2006) всей истории Вселенной эволюции свойст­венен гиперэкспоненциальный (даже гиперболический) рост, ведущий к сингулярной точке. Данный процесс улавливается даже в отдельных пе­риодах биологической эволюции (см., например: Марков, Коротаев 2007, 2008, 2009; см. также: Гринин, Марков, Коротаев 2008: 172–199). С другой стороны, основное представление о динамике био­логической эволюции – это пульсирующая эволюция, где длительные ин­тервалы медленных изменений сменяются короткими периодами быстрых изменений. Подобные явления многими исследователями отмечаются и в социальной эволюции. В докладе обсуждалось, на каких параметрах ос­нованы те или иные взгляды на скорость эволюции, рассматривались ме­тоды ее измерения, понятие исторического времени и механизмы гипер­экспоненциального роста. Некоторые построения доведены до математи­ческих моделей. Сделан (предположительный) вывод о существовании двух паттернов скорости эволюционных процессов и строятся предполо­жения, как они соотносятся между собой (подробнее см., например: Ци­рель 2008).
В докладе В. И. Кудашова (Сибирский юридический институт МВД РФ, Красноярск) «Биогенетические основания современных исследо­ваний социальной эволюции» проведена мысль о том, что классическая социальная философия исходила из понимания заданности поведения че­ловека культурой, безо всякого участия генетических факторов. Эволю­ционный подход подводит к иному выводу: в ходе биологической эволю­ции сформировались исходные физиологические и поведенческие харак­теристики человека, которые дали толчок социальной эволюции, способ­ствовавшей повышению приспособленности людей, причем эта эволюция впоследствии получила генетическое закрепление. Люди наследуют по­требность в развитии определенных социальных черт культуры, таких как форма семьи или язык. С эволюционной точки зрения, характерный для классической философской традиции разрыв между миром природы и общества может быть преодолен на основе широкого применения теоре­тико-информационных моделей в эволюционной биологии, когнитивной психологии, культурологи и антропологии. Благодаря своему активному воздействию на информацию естественный отбор оказывается в состоя­нии играть в социальной эволюции ту же роль, что и в биологической. К несчастью, естественный отбор может быть бессмысленным с точки зре­ния человека процессом. Поэтому многие ученые и философы пытаются создать новые нормы поведения, основанные на научном понимании био­логической природы человека как вида.
А. М. Беспалов (Бийский педагогический государственный универси­тет имени В. М. Шукшина) в своем докладе отметил высокое эвристиче­ское значение модели нелинейной культурно-исторической преемствен­ности казахстанского философа А. А. Хамидова. Основная идея этой мо­дели заключается в построении культурно-исторического процесса как гармонического сосуществования и ритмического чередования двух пара­дигм культуры – иньской и янской, каждая из которых имеет две фазы: явную – господствующую, и неявную – подчиненную. В то же время дан­ную модель можно обогатить введением в нее 1) аспекта ускорения, уп­лотнения социального времени, что позволит рассматривать более при­ближенно к реальности изменения истории, а также динамику развития отдельных факторов культурно-исторического процесса, 2) рассмотрения не только наложения различных по длительности циклов в развитии соци­альной системы, но и учета резонанса в их взаимодействии, 3) оснований его диалектической противоречивости. В качестве последних докладчик отметил противоположные интенции человека на непосредственные и опосредованные (через превращенные формы сознания) отношения с ми­ром, на отношения «человек – человек» и «человек – предмет», принци­пиальную незавершенность человека, способность становиться кем угодно и каким угодно.
В совместном докладе А. М. Беспалова и М. М. Прудниковой (Бийский педагогический государственный университет имени В. М. Шукшина) «Проблема перевода качественных показателей в количественные» рассмотрели трудности, которые необходимо преодолеть при построении математических моделей социальных процессов. Первая проблема – обес­печение адекватности такого перевода. Вторая проблема – интерпретация полученных количественных показателей. Третья проблема – сведение к целостности полученных результатов. Все эти проблемы взаимосвязаны, но каждая из них имеет специфические особенности при их решении. В первом случае требуется наличие развитой и достаточно проработанной теории, на основе которой проводится операционализация понятий. Также существенно, что проблема соответствия – это соответствие множества А1, А2Аn к объекту А, который является предельной мыслимостью их вариаций, а также к знанию «А». Во втором случае наряду с развитой тео­рией необходима разработка различительных индикаторов, позволяющих адекватно соотнести полученные данные с исследуемыми процессами и явлениями. В третьем случае важно учитывать, что для того, чтобы стать умопостигаемым, событие должно развернуться, иметь историю, разви­тие.
 
А. В. Коротаев (РГГУ, Институт востоковедения и Институт Африки РАН, Москва) и Л. Е. Гринин (Волгоградский центр социальных исследо­ваний) представили совместный доклад «Математическая модель влия­ния взаимодействия цивилизационного центра и варварской перифе­рии на развитие Мир-Системы». В докладе дан анализ и математиче­ское моделирование действия одного из важнейших факторов макродина­мики Мир-Системы – фактора взаимодействия цивилизаций с варварской периферией. Предлагаемая математическая модель предназначена для анализа возможного влияния взаимодействия между цивилизационным ядром Мир-Системы и его варварской периферией на формирование спе­цифической кривой мировой урбанизационной динамики. Модель на­правлена на выявление роли фактора взаимодействия между цивилизаци­онным ядром и варварской периферией в формировании эффекта аттрак­тора при завершении фазового перехода, то есть для выяснения того об­стоятельства, почему после завершения фазовых переходов в развитии Мир-Системы наблюдалось не просто замедление темпов роста основных показателей ее развития, но и их падение с последующей временной ста­билизацией около некоторого равновесного уровня (см., например: Коро­таев 2006б; Коротаев, Малков, Халтурина 2007: 189–208; Гринин, Коро­таев 2009: 128–173). Учтены достижения современной варварологии, в том числе сложность самой варварской периферии и ее неоднородность. Показано, что взаимодействие между цивилизационным центром и вар­варской периферией действительно может объяснять некоторые харак­терные черты миросистемной динамики в IV тыс. до н.э. – II тыс. н.э. На­мечены пути дальнейшего развития модели (подробнее см.: Коротаев, Гринин 2008; Гринин, Коротаев 2009: 271–324).
Во втором своем докладе «Некоторые возможные направления дальнейшего развития математических моделей выхода из «мальту­зианской ловушки» Л. Е. Гринин и А. В. Коротаев рассмотрели неодно­значное воздействие роста цен на продовольствие. Последнее часто (если не как правило) рассматривается как фактор однозначно неблагоприят­ный, готовящий социально-демографическую катастрофу, однако это ут­верждение нельзя принять как полностью безоговорочное. На определен­ном уровне анализа рост цен можно рассматривать как фактор в опреде­ленных отношениях благоприятный для экономики, и даже как фактор способный (в определенных случаях) создать ситуацию, способствующую возможному выходу данной социальной системы из мальтузианской ло­вушки (т.е. перехода из зоны притяжения аттрактора низкого эквилиб­риума в зону притяжения аттрактора высокого эквилибриума). Выход из «мальтузианской ловушки» возможен в фазе «сжатия» на фоне роста цен на сельскохозяйственную продукцию. При этом должен выполняться ряд достаточно жестких и противоречивых условий, несоблюдение которых переводит фазу «сжатия» не в фазу выхода из мальтузианской ловушки, а в фазу социально-демографического коллапса. Но при определенных ус­ловиях рост цен на сельскохозяйственную продукцию начинает играть роль спускового механизма, способствующего поиску механизмов выхода из мальтузианской ловушки (а не скатывания к демографической катаст­рофе), однако при этом возникают многочисленные социальные перекосы и напряжения. Эти условия были выполнены в XVI в. Англии, которой впервые удалось начать контрмальтузианскую модернизацию. Вслед за ней пошли другие страны (см. статью Гинина и др. в данном выпуске Альманаха; см. также, например: Гринин, Коротаев, Малков 2008).
С. В. Цирель представил свой альтернативный взгляд на ту же про­блему в докладе «Закон Мальтуса, рост ВВП на душу населения и пути выхода из мальтузианской ловушки». По теории Мальтуса население растет в геометрической прогрессии, а плодородие почв – в арифметиче­ской. Соответственно население растет в числе, беднеет, голодает и т.д. ВВП на душу населения падает, и, согласно теории демографических циклов, восстанавливается до более или менее терпимого уровня лишь после бедствий и эпидемий. С другой стороны, все исторические данные говорят об увеличении ВВП на душу населения, достаточно медленном большую часть исторического времени, относительно быстром в антич­ные времена, и просто быстром в Новое время в Европе, когда Мальтус писал свои труды. Для решения этого затруднения построена математиче­ская модель, в основу которой было положено утверждение, дополняю­щее закон убывающего плодородия почв. Согласно этому предположе­нию, дополнительный труд или сделанные нововведения не только обес­печивают минимальное потребление продовольствия для нового жителя Земли, но и одновременно создают новые блага. Количественные оценки, сделанные с параллельным использованием данных из различных источ­ников, показали, что вторая компонента в 6–10 раз меньше первой, но без нее рост населения Земли не сопровождался бы ростом ВВП на душу на­селения. В частности в докладе были приведены оценки того, что к 2000 году Земля могла бы прокормить около 20 млрд человек, но при этом средний ВВП на душу населения был бы в 2 с лишним раза меньше, при­чем «недонаселение» играет особую роль в благосостоянии «золотого миллиарда». Также в докладе рассматривался выход стран Европы из мальтузианской ловушки в XIX веке. По мнению автора, страны выхо­дили из нее разными путями, причем в основном не за счет более быст­рого роста производства продовольствия, а за счет различных дополни­тельных обстоятельств – снижения рождаемости, импорта зерна, колони­зации новых земель и т.д. При этом в течение достаточно длительного пе­риода во многих странах наблюдался рост ВВП на душу населения, об­щего уровня жизни, разнообразия питания, но суммарное количество по­требляемых калорий оставалось невысоким, и серия неурожаев или война могли превратить недопроизводство пищи в настоящий голод (Ирландия, Россия). Построена математическая модель, которая проверяется с помо­щью различных независимых оценок роста ВВП и численности населения Земли. Приведены количественные оценки «экологической ниши» чело­века в разные времена и влияния ее «недозаполненности» на рост ВВП.
В докладе В. В. Цыганкова (Институт философии и права СО РАН, Новосибирск) «Военная революция и миросистемная традиция» была сделана попытка построения модели взаимовлияния обществ, затронутых трансформацией способов ведения вооруженной борьбы (XVIIXIX вв.). Для выделения значимых факторов, препятствующих переходу конкрет­ных обществ ко второму этапу «военной революции» (ВР), были приме­нены сравнительные методы «единственного сходства» и «единственного отличия» Бэкона – Милля: выделяемые обычно исследовательской тради­цией факторы военного отставания отдельных субъектов истории (Осман­ской империи, Речи Посполитой, Ганзейского союза) проверяются на зна­чимость при сопоставлении перечня исторических случаев. Центральным необходимым фактором оказывается построение т.н. «сквозного государ­ства», способного преодолеть фискальный кризис первого этапа ВР. Предложена модель взаимодействия двух выявленных групп стран (кри­терий для выделения последних – политическая и «компенсационная» форма их организации), позволяющая объяснить успешность или фиаско для отдельных участников ВР. Автохтонные мир-экономические образо­вания, добиваясь монополий обменных операций, позволяют тем самым накапливать окрестным государям собственную «политическую значи­мость», а с учетом вовлечения последних в границы узла деловой актив­ности – и возможность приобщения к военно-организационным новинкам, что негативно сказывается на возможностях сохранения монополий. Со­хранить их удается только тем из «торговых квази-республик», чье геопо­литическое положение – «окраинное» (т.е., есть выход к слабым, еще не вовлеченным в «узел» режимам). Когда такой выход закрыт, успешность в построении СГ демонстрируют абсолютистски организованные сообще­ства (в Прибалтике Ганза потерпела фиаско, а Швеция, Россия и Пруссия – нет).
И. Б. Мардарь (Институт социологии, Москва) представила доклад Э. С. Кульпина (Институт социологии, Москва) «Семипоколенные ритмы русской истории». Поскольку в социоестественной истории речь идет об истории жизни народа – биологического и социального орга­низма, то используемой единицей измерения времени может быть только смена поколений: в ходе смен поколений происходят генетические и мен­тальные изменения в жизни людей. За единицу времени смен поколений в СЕИ, как у демографов, предложено принять интервал между рождением отца и его первенца сына, матери и ее первой дочери. Ныне этот интервал составляет 20 лет, в древности и средневековье это интервал был мень­шим – 16–18 лет. Поскольку проблема непосредственно возникла в ходе конкретного исследования истории Золотой Орды, то естественно поя­вился и ответ на вопрос, исходя из тюркских традиций: издревле каждый тюрк должен знать минимум семь поколений предков. Семь поколений соответствуют пределу передачи той информации, о которой прадед мо­жет сказать правнуку: «Мой прадед рассказывал мне то, что видел своими глазами». За пределом семи поколений нет возможности передачи прямой информации о жизни прошлых поколений, их представлений о мире и о себе. Что же следует из этого для социоестественного исследования? Во-первых, то, что срок смены семи поколений совместим с минимальными по времени процессами в природе. Во-вторых, семь поколений, как еди­ница измерения времени, не является постоянной подобно астрономиче­ским единицам, а возрастает с течением времени. В-третьих, имеет смысл просмотреть ход истории через призму смены семи демографических по­колений. Проведено деление истории России на семипоколенные циклы, начиная с монгольского нашествия. Первый семипоколенный цикл жизни народов Восточной Европы после монгольского нашествия – завершается Смутой – Гражданской войны в Золотой Орде – Великой Замятней (1360). Второй – концом татаро-монгольского ига на Руси и созданием Москов­ского государства (1483). Третий – снова Смутой (1606). Четвертый – завершением петровских реформ (1732) и созданием Российской империи. Пятый – преддверием Великих реформ (1862) (своеобразный аналог Смуты для своего времени). Шестой – становлением социальной сис­темы, параметры которой еще не совсем определены (2002) (подробнее см.: Кульпин 2008).
В. Г. Ераньков (Институт экспериментальной метеорологии, Обнинск) представил два доклада. В первом «Исследование 370-летних циклов развития русской цивилизации на основе феноменологического под­хода» выделены три цикла русской цивилизации: 860–1237 гг., 1237–1612 гг., 1612–1991 гг., каждый из этих циклов заканчивается крупным соци­ально-политическим кризисом. Наиболее четко идентифицируемыми ин­дикаторами кризиса выступают: внутренняя смута, смена династий, дли­тельная оккупация части или всей территории внешними силами, импорт правящей знати или династии, децентрализация и распад государства. Второй доклад «Математическая модель циклических колебаний раз­вития цивилизаций» представляет исходную простейшую схему из двух типов агентов: агенты-коллективисты и агенты-эгоисты, а также фор­мальные правила их взаимодействия. Также была представлена струк­турно-демографическая модель, описывающая влияние урбанизации на демографические процессы. На основании данной модели был сделан пессимистический прогноз динамики мировой численности населения.  
Ю. А. Пустовойт (Сибирский государственный университет, Ново­кузнецк) в своем докладе «Феномен политической раздвоенности: тео­ретический и сравнительно-исторический анализ» представил проект исследовательской программы, в центре внимания которой находится комплекс явлений, основанных на расхождении между официальной и те­невой политикой. Этот феномен предложено обозначить как «политиче­ская раздвоенность». Цель работы – выявить комплекс факторов, влияю­щих на рост и снижение политической раздвоенности и влияние измене­ния ее показателей на динамику социально-политических кризисов. Для реализации цели необходимо, взяв за основу метод теоретической исто­рии, выполнить следующие задачи: определить основные параметры опи­сания изменения дистанции политической раздвоенности, отобрать исто­рические случаи роста и снижения дистанции политической раздвоенно­сти, на основе сопоставления выделить совокупность факторов, увеличи­вающих и уменьшающих дистанцию, и выяснить роль изменения дистан­ции политической раздвоенности как фактора социально-политического кризиса. На первом этапе исследования целесообразно рассмотреть позд­ний советский и постсоветский период отечественной истории, как обла­дающий в настоящий момент наиболее широкой эмпирической базой данных.
О. С. Терехов (НГПУ, Новосибирск) в докладе «Механизмы динамики межэтнических конфликтов» представил модель динамики межэтниче­ских конфликтов, построенную на основе метода теоретической истории, а также данных о насильственных этнических конфликтах в исторических рамках XX в. и пространственных рамках западноевропейского, ближне­восточного, кавказского, восточно-европейского регионов. Применялся соединенный метод сходства и различия Бэкона – Милля, а также аппарат Булевой алгебры в версии Ч. Рэгина. В качестве основных причинных факторов, влияющих на динамику межэтнических конфликтов, выделены следующие: высокий уровень сегрегации по этническому признаку, низ­кий уровень самоуправления этнической группы, ослабление контроля аппарата насилия над территорией компактного проживания этнической группы, высокий уровень сплоченности этнической элиты, лишение ранее доступных возможностей и ресурсов этнической группы, положительная демографическая динамика.
И. Б. Мардарь (Институт социологии, Москва) в докладе «Проблемы трансформации социального активизма в России (на примере круп­ного города)» отметила, что современное индустриальное общество пер­манентно продуцирует нестабильность во всех сферах жизни общества. Был рассмотрен общественный активизм на примере деятельности обще­ственных организаций города Новочеркасска (Ростовская область) в раз­ные периоды исторического развития России (дореволюционный период, советский и современный), прослежено, как изменялся он, какую роль иг­рал, как складывались взаимоотношения различных социальных институ­тов. Очевидно, что в разные исторические периоды городское сообщество располагало различным социальным капиталом и уровнем социальной от­ветственности (добровольной), что отражалось и на возможности самоор­ганизации. Каждая эпоха формулировала свой общественный запрос, по­ощряя граждан к определенным действиям. Апелляция к чувству (дорево­люционный период) сменилась преимущественной апелляцией к разуму (современный), пройдя через процесс практически полного отсутствия свободы действия организаций. Общие цели и ценности, разделяемые всеми подсистемами (властью, предпринимателями), обращение к чувст­вам человека, к его представлениям о добре и общественном благе явля­лись движущей силой развития дореволюционного городского сообще­ства, имели объединяющее и гармонизирующее значение. В советский период самоорганизация граждан была подконтрольна партийно-государ­ственному аппарату, «самодеятельность» приветст­вовалась в очень узких и четко очерченных границах. Современный этап развития городского не­коммерческого сектора характеризуется поиском им своей ниши в город­ском социуме и, прежде всего, в поле социальной политики.
И. В. Никитина (Бийск, БПГУ) в своем выступлении отметила, что со­циокультурная история представлена ансамблем культурных форм, адек­ватное изучение которых невозможно без диалектики, синергетики, гер­меневтики, системно-структурного подхода и др. Они взаимодополни­тельны, синтезируясь на метауровне исследования в интегральном поли­парадигмальном подходе. В синтез включаются как методы, так и кон­цепции, трактуемые в качестве моделей с определенным полем примене­ния. Принцип всесторонности рассмотрения проблемы придает направ­ленность отбору элементов синтеза; объективная истина играет роль ат­трактора, движение к которому превращает мозаику в систему.
В своем докладе О. Н. Кузнецова (Бийск, БПГУ) обратила внимание участников конференции на то, что глобальные проблемы современности впервые были сформулированы на форумах Римского клуба, где также были представлены программы, способствующие разрешению кризисных процессов планетарного масштаба. В этих докладах глобальные кризис­ные процессы и противоречия человечества некоторыми учеными рас­сматриваются через призму концептуальных парадигм, заимствованных из физико-математических наук и перенесенных на социальные системы, на закономерности культурно-исторического процесса. Однако при всей остроте современной кризисной ситуации фокусом всего комплекса гло­бальных проблем выступает человек. Тогда исследования в этой области обретают статус гуманитарного знания, где предмет является определяю­щим по отношению к методу и специфицирует его. Поэтому математиче­ский подход в подобных исследованиях возможен в качестве дополни­тельного по отношению к методологическим стандартам гуманитарного познания.
С. М. Илющенко (Бийск, БПГУ) в представленном докладе согласи­лась, что математическое моделирование позволяет по-новому взглянуть на многие социальные процессы. Однако необходимо определить границы его применимости. Такой областью знания, где нужно искать иные под­ходы, является гуманитарное знание, в частности – этика. Рационализация нравственных отношений осуществляется на теоретическом уровне, на­пример, при создании моральных кодексов, требования которых задаются теоретиками морали, идеологами. Однако положения морального кодекса не могут выступать перечнем, суммой хаотично собранных норм, прин­ципов. Это система. При этом в силу специфики морали предполагается свобода выбора, без чего нравственные отношения в принципе невоз­можны. Кодекс морали дает направление, установки, ориентируясь на ко­торые человек свободно и самостоятельно принимает решения, опираясь на признаваемую систему ценностей.
В заключительной лекции А. В. Коротаева «Математическое моде­лирование развития Мир-Системы» было показано, что предельно про­стые математические модели могут описывать до 99,2–99,91% вариаций экономической, демографической, технологической и культурной макро­динамики Мир-Системы на протяжении тысяч лет ее истории. Продемон­стрировано, что наблюдавшийся вплоть до начала 1970-х гг. квадратично-гиперболический экономический рост в сочетании с гиперболическим де­мографическим ростом является результатом действия исключительно простого механизма – механизма нелинейной положительной обратной связи второго порядка, которая, как известно, генерирует именно гипер­болический рост, известный также как «режим с обострением». В рас­сматриваемом случае эта нелинейная положительная обратная связь вто­рого порядка выглядит следующим образом: технологический рост – рост потолка несущей способности Земли (емкости среды) – демографический рост – больше людей – больше потенциальных изобретателей – ускорение технологического роста – ускоренный рост несущей способности Земли – еще более быстрый демографический рост – ускоренный рост числа по­тенциальных изобретателей – еще более быстрый технологический рост – дальнейшее ускорение темпов роста несущей способности Земли. Пока­зано, что в целом, для исторического развития Мир-Системы характерны достаточно строгие, крайне интересные и в высшей степени логичные ко­личественные закономерности, выявление и удовлетворительное объяс­нение которых оказывается принципиально невозможным без математи­ческого моделирования соответствующих исторических макропроцессов (подробнее см.: Коротаев, Комарова, Халтурина 2007; Коротаев, Малков, Халтурина 2007).  
 

*   *    

 
 
Конференция по клиодинамике в Эликманаре позволила участникам со­отнести различные позиции и подходы, показала весьма широкое разно­образие используемых моделей и концепций, послужила важной вехой в достаточно быстро продвигающемся фронте исследований в теоретиче­ской и математической истории, в общем развитии клиодинамического движения в России.  
 

Библиография 

  
Гринин Л. Е., Коротаев А. В. 2009. Социальная макроэволюция. Генезис и трансформации Мир-Системы. М.: ЛКИ/URSS.
Гринин Л. Е., Коротаев А. В., Малков С. Ю. 2008. Математические модели со­циально-демо­графических циклов и выхода из «мальтузианской ловушки»: некоторые возможные направления дальнейшего развития. Проблемы мате­матической истории. Математическое моделирование исторических процес­сов / Ред. Г. Г. Малинецкий, А. В. Коротаев. М.: ЛКИ/URSS. С. 78–117.  
Гринин Л. Е., Марков А. В., Коротаев А. В. 2008. Макроэволюция в живой природе и обществе. М.: ЛКИ/URSS.  
Коротаев А. В. 2006а. Долгосрочная политико-демографическая динамика Египта: циклы и тенденции. М.: Восточная литература.  
Коротаев А. В. 2006б. Периодизация истории Мир-Системы и математические макромодели социально-исторических процессов. История и Математика. Проблемы периодизации исторических макропроцессов / Ред. Л. Е. Гринин, А. В. Коротаев, С. Ю. Малков. М.: КомКнига/URSS. С. 116–167.
Коротаев А. В. 2007. Макродинамика урбанизации Мир-Системы: количественный анализ. История и Математика: Макроисторическая динамика общества и государства / Ред. С. Ю. Малков, Л. Е. Гринин, А. В. Коротаев. М.: КомКнига/URSS. С. 21–39.
Коротаев А. В., Комарова Н. Л., Халтурина Д. А. 2007. Законы истории. Веко­вые циклы и тысячелетние тренды. Демография, экономика, войны. М.: Ком­Книга/УРСС.  
Коротаев А. В., Малков А. С., Халтурина Д. А. 2007. Законы истории: Матема­тическое моделирование развития Мир-Системы. Демография, экономика, культура. М.: КомКнига/URSS.
Кульпин Э. С. 2008. Семипоколенные циклы русской истории. Проблемы мате­матической истории. Основания, информационные ресурсы, анализ данных / Ред. Г. Г. Малинецкий, А. В. Коротаев. М.: URSS. С. 139–158.
Марков А. В., Коротаев А. В. 2007. Динамика разнообразия фанерозойских мор­ских животных соответствует модели гиперболического роста. Журнал общей биологии 1: 1–12.  
Марков А. В., Коротаев А. В. 2008. Гиперболический рост разнообразия морской и континентальной биот фанерозоя и эволюция сообществ. Журнал общей биологии 3: 175–194.  
Марков А. В., Коротаев А. В. 2009. Гиперболический рост в живой природе и обществе. М.: URSS.
Нефедов С. А. 1999. Метод демографических циклов в изучении социально-эконо­мической истории допромышленного общества. Автореферат диссертации… кандидата ист. наук. Екатеринбург: Уральский государственный университет.
Нефедов С. А. 2000. О законах истории и математических моделях. Известия Уральского государственного университета 15: 15–23. Нефедов С. А. 2001. Метод демографических циклов. Уральский исторический вестник 7: 93–107. Нефедов С. А. 2002a. Опыт моделирования демографического цикла. Информа­ционный бюллетень ассоциации «История и компьютер» 29: 131–142. Нефедов С. А. 2002б. О теории демографических циклов. Экономическая история 8: 116–121. Нефедов С. А. 2003. Теория демографических циклов и социальная эволюция древних и средневековых обществ Востока. Восток 3: 5–22. Нефедов С. А. 2005. Демографически-структурный анализ социально-экономиче­ской истории России. Конец XVначало XX века. Екатеринбург: Издательство УГГУ. Нефедов С. А. 2007. Концепция демографических циклов. Екатеринбург: Изда­тельство УГГУ.Нефедов С. А., Турчин П. В. 2007. Опыт моделирования демографически-струк­турных циклов. История и Математика: макроисторическая динамика обще­ства и государства / Ред. С. Ю. Малков, Л. Е. Гринин, А. В. Коротаев. М.: УРСС. С. 153–167. Панов А. Д. 2005. Сингулярная точка истории. Общественные науки и современ­ность 1: 122–137.Панов А. Д. 2006. Сингулярность Дьяконова. История и Математика: проблемы периодизации исторических макропроцессов / Ред. Л. Е. Гринин, А. В. Коротаев, С. Ю. Малков. М.: КомКнига/URSS. С. 31–37. Розов Н. С. 2007. Теоретизация истории и роль математики. История и матема­тика: Концептуальное пространство и направления поиска / Ред. П. В. Турчин, Л. Е. Гринин, С. Ю. Малков, А. В. Коротаев. М.: ЛКИ/URSS. С. 19–30.
Турчин П. В. 2007. Историческая динамика. На пути к теоретической истории. М.: ЛКИ/УРСС.
Цирель С. В. 2008. Историческое время и пути исторической эволюции. История и Математика: Модели и теории / Ред. С. Ю. Малков, Л. Е. Гринин, А. В. Коротаев. М.: ЛКИ/URSS. С. 246–278.  
 
 
Komlos J., Nefedov S. 2002. A Compact Macromodel of Pre-Industrial Population Growth. Historical Methods 35: 92–94.
Korotayev A., Khaltourina D. 2006. Introduction to Social Macrodynamics: Secular Cy­cles and Millennial Trends in Africa. Moscow: KomKniga/URSS.
Korotayev A., Malkov A., Khaltourina D. 2006. Introduction to Social Macrodynam­ics: Secular Cycles and Millennial Trends. Moscow: KomKniga/URSS.
Nefedov S. A. 2004. A Model of Demographic Cycles in Traditional Societies: The Case of Ancient China. Social Evolution & History 3/1: 69–80.
Turchin P. 2003. Historical Dynamics: Why States Rise and Fall. Princeton, NJ: Princeton University Press.
Turchin P. 2005a. Dynamical Feedbacks between Population Growth and Sociopoliti­cal Instability in Agrarian States. Structure and Dynamics 1.
Turchin P. 2005b. War and Peace and War: Life Cycles of Imperial Nations. New York, NY: Pi Press.
Turchin P., Korotayev А. 2006. Population Density and Warfare: A Reconsideration. Social Evolution & History 5/2: 121–158.
Turchin P., Nefedov S. 2009. Secular Cycles. Princeton, NJ: Princeton University Press.   

| Просмотров: 12435

Комментарии (2)
RSS комментарии
1. Написал(а) Александр Медвинский в 12:04 18 сентября 2008 г. - Зарегистрированный
 
 
the next meeting
Имеются ли планы относительно проведения следующей конференции?
 
2. Написал(а) имя не верно в 22:18 04 декабря 2009 г. - Гость
 
 
the next meeting
:upset :upset :upset
 

Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии.
Пожалуйста зарегистрируйтесь или войдите в ваш аккаунт.

Последнее обновление ( 01.03.2009 )
 
< Пред.
© 2017